Неточные совпадения
— Капуста кислая с лососиной, — сказала она. — Осетрины нет нигде: уж я все
лавки выходила, и братец спрашивали — нет. Вот разве попадется живой осетр — купец из каретного
ряда заказал, — так обещали часть отрезать. Потом телятина, каша на сковороде…
Поминальный обед был устроен в зале купеческого клуба. Драпировки красноватого цвета и обильный жир позолоты стен и потолка придавали залу сходство с мясной
лавкой; это подсказал Самгину архитектор Дианин; сидя
рядом с ростовщицей Трусовой и аккуратно завертывая в блин розовый кусок семги, он сокрушенно говорил...
Ужинали миролюбиво, восхищаясь вкусом сига и огромной индейки, сравнивали гастрономические богатства Милютиных
лавок с богатствами Охотного
ряда, и все, кроме Ореховой, согласились, что в Москве едят лучше, разнообразней. Краснов, сидя против Ногайцева, начал было говорить о том, что непрерывный рост разума людей расширяет их вкус к земным благам и тем самым увеличивает количество страданий, отнюдь не способствуя углублению смысла бытия.
Приземистые, однообразно желтые
ряды ее каменных
лавок, открыв широкие пасти дверей, показывали в пещерном сумраке груды разнообразно обработанных металлов, груды полотен, ситца, шерстяных материй.
Мне показалось, что я вдруг очутился на каком-нибудь нашем московском толкучем рынке или на ярмарке губернского города, вдалеке от Петербурга, где еще не завелись ни широкие улицы, ни магазины; где в одном месте и торгуют, и готовят кушанье, где продают шелковый товар в лавочке, между кипящим огромным самоваром и кучей кренделей, где
рядом помещаются
лавка с фруктами и
лавка с лаптями или хомутами.
Или сейчас же
рядом совсем противное:
лавка с фруктами и зеленью так и тянет к себе: ананасы, мангустаны, арбузы, мангу, огурцы, бананы и т. п. навалены грудами.
Они помчали нас сначала по предместьям, малайскому, индийскому и китайскому. Малайские жилища — просто сквозные клетки из бамбуковых тростей, прикрытые сухими кокосовыми листьями, едва достойные называться сараями, на сваях, от сырости и от насекомых тоже. У китайцев побогаче — сплошные
ряды домов в два этажа: внизу
лавки и мастерские, вверху жилье с жалюзи. Индийцы живут в мазанках.
Мы въехали в город с другой стороны; там уж кое-где зажигали фонари: начинались сумерки. Китайские
лавки сияли цветными огнями. В полумраке двигалась по тротуарам толпа гуляющих; по мостовой мчались коляски. Мы опять через мост поехали к крепости, но на мосту была такая теснота от экипажей, такая толкотня между пешеходами, что я ждал минут пять в линии колясок, пока можно было проехать. Наконец мы высвободились из толпы и мимо крепостной стены приехали на гласис и вмешались в
ряды экипажей.
Мы зашли в
лавку с фруктами, лежавшими грудами. Кроме ананасов и маленьких апельсинов, называемых мандаринами, все остальные были нам неизвестны. Ананасы издавали свой пронзительный аромат, а от продавца несло чесноком, да тут же
рядом, из
лавки с съестными припасами, примешивался запах почти трупа от развешенных на солнце мяс, лежащей кучами рыбы, внутренностей животных и еще каких-то предметов, которые не хотелось разглядывать.
Это быстро разнеслось по всем углам уже утихнувшего табора; и все считали преступлением не верить, несмотря на то что продавица бубликов, которой подвижная
лавка была
рядом с яткою шинкарки, раскланивалась весь день без надобности и писала ногами совершенное подобие своего лакомого товара.
Между другими торговками, торговавшими на своих лотках
рядом с Марьей, раздался смех, как вдруг из-под аркады городских
лавок выскочил ни с того ни с сего один раздраженный человек вроде купеческого приказчика и не наш торговец, а из приезжих, в длиннополом синем кафтане, в фуражке с козырьком, еще молодой, в темно-русых кудрях и с длинным, бледным, рябоватым лицом. Он был в каком-то глупом волнении и тотчас принялся грозить Коле кулаком.
Получив свои письма, Нехлюдов отошел к деревянной
лавке, на которой сидел, дожидаясь чего-то, солдат с книжкой, и сел с ним
рядом, пересматривая полученные письма.
Он ухватил меня за рукав и торопливо зашагал по обледенелому тротуару. На углу переулка стоял деревянный двухэтажный дом и
рядом с ним, через ворота, освещенный фонарем, старый флигель с казенной зеленой вывеской «Винная
лавка».
Трактир Егорова когда-то принадлежал Воронину, и на вывеске была изображена ворона, держащая в клюве блин. Все
лавки Охотного
ряда были мясные, рыбные, а под ними зеленные подвалы. Задние двери
лавок выходили на огромный двор — Монетный, как его называли издревле. На нем были тоже одноэтажные мясные, живорыбные и яичные
лавки, а посредине — двухэтажный «Монетный» трактир. В задней части двора —
ряд сараюшек с погребами и кладовыми, кишевшими полчищами крыс.
В прежние годы Охотный
ряд был застроен с одной стороны старинными домами, а с другой — длинным одноэтажным зданием под одной крышей, несмотря на то, что оно принадлежало десяткам владельцев. Из всех этих зданий только два дома были жилыми: дом, где гостиница «Континенталь», да стоящий
рядом с ним трактир Егорова, знаменитый своими блинами. Остальное все
лавки, вплоть до Тверской.
Были нищие, собиравшие по
лавкам, трактирам и торговым
рядам. Их «служба» — с десяти утра до пяти вечера. Эта группа и другая, называемая «с ручкой», рыскающая по церквам, — самые многочисленные. В последней — бабы с грудными детьми, взятыми напрокат, а то и просто с поленом, обернутым в тряпку, которое они нежно баюкают, прося на бедного сиротку. Тут же настоящие и поддельные слепцы и убогие.
Толкучка занимала всю Старую площадь — между Ильинкой и Никольской, и отчасти Новую — между Ильинкой и Варваркой. По одну сторону — Китайская стена, по другую —
ряд высоких домов, занятых торговыми помещениями. В верхних этажах — конторы и склады, а в нижних —
лавки с готовым платьем и обувью.
На углу Новой площади и Варварских ворот была лавочка рогожского старообрядца С. Т. Большакова, который торговал старопечатными книгами и дониконовскими иконами. Его часто посещали ученые и писатели. Бывали профессора университета и академики.
Рядом с ним еще были две такие же старокнижные
лавки, а дальше уж, до закрытия толкучки, в любую можно сунуться с темным товаром.
Речь Жадаева попала в газеты, насмешила Москву, и тут принялись за очистку Охотного
ряда. Первым делом было приказано иметь во всех
лавках кошек. Но кошки и так были в большинстве
лавок. Это был род спорта — у кого кот толще. Сытые, огромные коты сидели на прилавках, но крысы обращали на них мало внимания. В надворные сараи котов на ночь не пускали после того, как одного из них в сарае ночью крысы сожрали.
После революции
лавки Охотного
ряда были снесены начисто, и вместо них поднялось одиннадцатиэтажное здание гостиницы «Москва»; только и осталось от Охотного
ряда, что два древних дома на другой стороне площади. Сотни лет стояли эти два дома, покрытые грязью и мерзостью, пока комиссия по «Старой Москве» не обратила на них внимание, а Музейный отдел Главнауки не приступил к их реставрации.
На Тверской, против Брюсовского переулка, в семидесятые и в начале восьмидесятых годов, почти
рядом с генерал-губернаторским дворцом, стоял большой дом Олсуфьева — четырехэтажный, с подвальными этажами, где помещались
лавки и винный погреб. И
лавки и погребок имели два выхода: на улицу и во двор — и торговали на два раствора.
Избавившись от дочери, Нагибин повел жизнь совершенно отшельническую. Из дому он выходил только ранним утром, чтобы сходить за провизией. Его скупость росла, кажется, по часам. Дело дошло до того, что он перестал покупать провизию в
лавках, а заходил в обжорный
ряд и там на несколько копеек выторговывал себе печенки, вареную баранью голову или самую дешевую соленую рыбу. Даже торговки из обжорного
ряда удивлялись отчаянной скупости Нагибина и прозвали его кощеем.
— Перед постом с ореховских баржей саму малость свезли соленого… Лодок с пяток… В
лавку на ярманку брали да в Обжорный
ряд.
— Каждый год ездит; там у него и
лавка в Бухарском
ряду, — отвечал Хлябин.
Там в Бухарском
ряду скоро отыскал он
лавку Субханкулова.
— И к нам в
лавку милости просим, — пробасил купец-исполин Яков Панкратьич Столетов. — Возле флагов, на самом шоссе в Скобяном
ряду. Не оставьте!..
Дошел наконец до платочных
рядов, там посвободней вздохнул и маленько поуспокоился. Отыскал поскорости и
лавку Чубалова.
Там, в платочных
рядах, было несколько
лавок и не с красным товаром: в иной воском торговали, в другой мерлушками, в третьей игольным товаром.
Хозяин уж смекнул, про какую шапчонку и про какой подожок его спрашивают. Пошлет он знакомого покупателя по шляпным да по щепяным
рядам только тогда, когда в
лавке есть люди ненадежные, а то без всяких разговоров поведет его прямо в палатку и там продаст ему сколько надо венчиков, то есть шапчонок, и разрешительных молитв — подожков.
Обширные
лавки мыльных
рядов с полу до потолка завалены горами разного мыла, ящиками со стеариновыми и сальными свечами и бочками с олеином.
У Макарья Патап Максимыч две
лавки снимал, одну в щепяном, другую в мучном
ряду.
Девять годов Груне на Купальницу исполнилось, через месяц после именин ее поехали отец с матерью к Макарью — там у них в Щепяном
ряду на Песках, что у Стрелки,
лавка была.
На
лавках лежали веники, стояли медные луженые тазы со щелоком и взбитым мылом, а
рядом с ними большие туеса [Бурак, сделанный из бересты, с тугою деревянною крышкой.], налитые подогретым на мяте квасом для окачивания перед тем, как лезть на полок.
— Садиться милости просим, — величаво молвила Манефа, указывая гостю на
лавку у стола, на котором уже расставлено было скитское угощенье. Икра, балык и другая соленая, подстрекающая на большую еду снедь поставлена была
рядом с финиками, урюком, шепталой, пастилой, мочеными в меду яблоками и всяких сортов орехами.
В предбаннике на
лавках высоко, в несколько
рядов, наложены были кошмы, покрытые белыми простынями; весь пол устлан волоками, и на них раскидано пахучее сено, крытое тоже простынями.
— Все, слава Богу, здоровы, — отвечал Алексей, садясь на
лавку рядом с Васильем Борисычем. — Про вашу болезнь оченно скорбели.
Середь множества однообразных построек хочется ей отыскать китаечный
ряд, а в нем бывшую отцовскую
лавку…
Проведал один ярмарочный торговец из-за Волги, что в Щепяном
ряду выморочная
лавка явилась и в ней один-одинешенек малый ребенок остался.
— Как же, тятенька! Ездит, — немного оторопев от неожиданного вопроса, ответил Евграф Макарыч. — В казенном гостином дворе, в китаечном
ряду,
лавка у него, да в деревянных
рядах мылом торгует.
Должно быть, на нее подействовал мягкий, просительный тон, который я придал этим словам. Она бережно посадила на печку,
рядом со скворцами, своих зябликов, бросила на
лавку скинутую уже короткую свитку и молча вышла из хаты.
— Гм, да-с. Нет-с, позвольте; вы покупаете в
лавке вещь, в другой
лавке рядом другой покупатель покупает другую вещь, какую бы вы думали? Деньги-с, у купца, который именуется ростовщиком-с… потому что деньги есть тоже вещь, а ростовщик есть тоже купец… Вы следите?
Из толпы людей, проходивших мимо этой пары, многие отвешивали ей низкие поклоны. Кланялись и старики, и кремлевские псаломщики, и проходивший казанский протопоп, и щеголеватый комми с Кузнецкого моста, и толстый хозяин трех
лавок из Охотного
ряда, и университетский студент в ветхих панталонах с обитыми низками и в зимнем пальто, подбитом весенним ветром.
Сладенького еще чего-нибудь бы надо — забеги в Охотный
ряд к Егорову в
лавку и спроси, чтоб фруктов тебе каких-нибудь самолучших дал — десяток.
Молчит Фейер, только усами, как таракан, шевелит, словно обнюхивает, чем пахнет. Вот и приходит как-то купчик в гостиный двор в
лавку, а в зубах у него цигарка. Вошел он в
лавку, а городничий в другую
рядом: следил уж он за ним шибко, ну, и свидетели на всякий случай тут же. Перебирает молодец товары, и всё швыряет, всё не по нем, скверно да непотребно, да и все тут; и рисунок не тот, и доброта скверная, да уж и что это за город такой, что, чай, и ситцу порядочного найтить нельзя.
Она не торопясь подошла к
лавке и села, осторожно, медленно, точно боясь что-то порвать в себе. Память, разбуженная острым предчувствием беды, дважды поставила перед нею этого человека — один раз в поле, за городом после побега Рыбина, другой — в суде. Там
рядом с ним стоял тот околодочный, которому она ложно указала путь Рыбина. Ее знали, за нею следили — это было ясно.
— Садись
рядом! — сказал Сизов, подвигаясь на
лавке. Послушно села, оправила платье, взглянула вокруг. Перед глазами у нее слитно поплыли какие-то зеленые и малиновые полосы, пятна, засверкали тонкие желтые нити.
Рядом с нашей
лавкой помещалась другая, в ней торговал тоже иконами и книгами чернобородый купец, родственник староверческого начетчика, известного за Волгой, в керженских краях; при купце — сухонький и бойкий сын, моего возраста, с маленьким серым личиком старика, с беспокойными глазами мышонка.
Не смеялся только Фома, стоял в дверях
лавки рядом со мною и бормотал...
В те годы казенные здания ярмарки отходили в частную собственность торговцев; торговые
ряды торопливо перестраивались; мой хозяин брал подряды на ремонт
лавок и на постройку новых.
И, взяв ее за руку, он подвел ее к
лавке и посадил
рядом с Олениным.